Интересные выставки

блог о выставках:)

  • Switch to Blue
  • Switch to Orange

У России два союзника — армия и флот, уверен бизнесмен Михаил Юрьев | Русская служба новостей

Автор: admin Дата: Авг-31-2015

С. КОРОЛЁВ: Сегодня в программе бизнесмен Михаил Юрьев. Михаил, приветствую Вас.

М. ЮРЬЕВ: Здравствуйте.

С. КОРОЛЁВ: Нефть превысила 50 долларов. Сейчас информационные агентства об этом пишут с пометкой «срочно». Цена колеблется, сейчас – 49,92. А только что было 50,02. Но по сравнению с 43, а то и меньше, которые были на этой неделе, в «чёрный понедельник», как его окрестили, вроде бы стало легче. Рано радоваться или уже можно вздохнуть спокойно?

М. ЮРЬЕВ: Во-первых, я всегда говорил, что в краткосрочной перспективе на таких совсем низких уровнях — 40 с чем-то и даже 50 с небольшим — нефть не удержится. Она будет стоить больше — 55, 60. Это если всё будет происходить по рынку, балансу спроса и предложения. Но вообще-то международный нефтяной рынок не очень рыночный, и он в любой момент может перейти к своей традиционной форме действий. А именно, к ограничению производства для поддержания высоких цен. Это вопрос того, у кого первого не выдержат нервы. Похоже, что они первыми не выдержат у Саудовской Аравии. В этом случае нефть не просто слегка поднимется, а взлетит.

С. КОРОЛЁВ: Когда у Саудовской Аравии нервы не выдержат?

М. ЮРЬЕВ: Я думаю, что это вопрос месяца-двух. Уже есть информация о том, что она готовит встречу ОПЕК. А встреча ОПЕК не нужна больше ни для чего, кроме ограничения добычи, зачем время тратить. Но я хочу сказать, что это, конечно, всё хорошо, вздох облегчения, но это краткосрочная перспектива. А в среднесрочной и длительной перспективе нефть всё равно будет падать до совсем низких уровней.

С. КОРОЛЁВ: А среднесрочная — это какая? Год-два?

М. ЮРЬЕВ: Нет, считается, что среднесрочная — 3-5 лет, а долгосрочная — 10 лет.

С. КОРОЛЁВ: Тогда следующий вопрос, он касается непосредственно нас. Я сегодня читал Bloomberg. Они опросили аналитиков, и те предсказали крах финансовой системы России при нефти 22 доллара 50 центов за баррель. Насколько наша экономика сегодня нефтеустойчива?

М. ЮРЬЕВ: Другими словами, насколько они правы?

С. КОРОЛЁВ: Да.

М. ЮРЬЕВ: Формально правы. Это характерное свойство таких неглубоких анализов. Если наша политика, наш бюджет будут выглядеть точно так, как они выглядят сейчас, и ничего не будет меняться, то при цене 22,5 действительно произойдёт катастрофа. Но так же не бывает. Власти же, видя сверху, что нефть подходит к 22, будут как-то на это реагировать, принимать меры. Но будет плохо, зависимость большая. И об этом говорили сто раз все, кто угодно, начиная с президента, и заканчивая оппозицией. Об этом все говорят в трогательном единодушии. Единственное, что никто ничего не делает.

С. КОРОЛЁВ: А что надо делать?

М. ЮРЬЕВ: Я знаю только один способ уйти от нефтяной зависимости, и он называется реиндустриализация. Но в части государственной политики в этом направлении ничего не делается.

С. КОРОЛЁВ: За последний год были введены санкции, нефть «поплыла», рубль ослаб. Была принята антикризисная программа, импортозамещение, льготные кредиты, льготные ипотеки. Это всё как мёртвому припарка?

М. ЮРЬЕВ: Если говорить жёстко, то да. Я читал программу импортозамещения, смотрел внимательно, и более того, спрашивал потом, как идёт ход её выполнения. И программа не дурацкая совсем, довольно здравая, и выполняется довольно-таки реально. Но это 10% от того, что нужно. А может быть даже 1%.

С. КОРОЛЁВ: Слушатель пишет: «Больному стало легче, он перестал дышать». Это по поводу нынешнего толчка, нынешнего взлёта цен на нефть. 50 долларов уже считается взлётом после 43.

«Сегодня 50, завтра — 44. Чему так радоваться? Всё временно», — пишет другой слушатель.

М. ЮРЬЕВ: Ему можно ответить, что жизнь вообще временна, и что из того?

С. КОРОЛЁВ: Путин поедет в США впервые за 7 или 8 лет, сегодня был подтверждён визит на 70-ю сессию Генассамблеи ООН.

М. ЮРЬЕВ: Я попрошу Вас соблюдать некоторую точность, ООН не обладает территориальностью.

С. КОРОЛЁВ: Но, тем не менее, он приземлится в аэропорту Нью-Йорка.

М. ЮРЬЕВ: Да, Вы правы, формально в США. А реально — это не то же самое, как если бы он поехал с визитом к Обаме.

С. КОРОЛЁВ: Но они могут встретиться.

М. ЮРЬЕВ: Могут. Но они могут и где угодно встретиться.

С. КОРОЛЁВ: Ждать прорыва от этого визита?

М. ЮРЬЕВ: Какой прорыв? Америка хочет, чтобы нас не было. А мы бы не отказались, чтобы у неё тоже были большие проблемы. Какие тут могут быть прорывы.

С. КОРОЛЁВ: Подождите, а как вести диалог? Матвиенко дали «ущербную» визу, как её уже называют. Наша делегация отказалась ехать на ряд парламентских встреч в рамках ООН. Вы знаете этот скандал, он развивался в рамках некоторых последних дней. На этом фоне, может быть, и президенту не стоило ехать в Нью-Йорк?

М. ЮРЬЕВ: Каждый решает для себя. Я бы на его месте не поехал, но он проанализировал ситуацию, и решил, что лучше поехать.

С. КОРОЛЁВ: А как вообще выстраивать отношения в такой ситуации, когда такие палки в колёса втыкаются уже на дипломатическом уровне?

М. ЮРЬЕВ: Вы имеете в виду с Западом?

С. КОРОЛЁВ: Да.

М. ЮРЬЕВ: Очень просто, делать больше бомбардировщиков, ракет., наращивать военно-морские группировки. Только так. У России два союзника — армия и флот.

С. КОРОЛЁВ: А дипломатия?

М. ЮРЬЕВ: Дипломатия — так, обсуждать условия капитуляции.

С. КОРОЛЁВ: Хорошие Вы советы даёте. Давайте тогда переместимся в Донбасс. Что скажете? Каковы перспективы минских договорённостей?

М. ЮРЬЕВ: У минских договорённостей перспективы стабильные в том смысле, что они не выполняются, и выполняться не будут.

С. КОРОЛЁВ: Читаю очередное сообщение с информационной ленты, пришло сейчас: «Порошенко в разговоре с Байденом призвал США среагировать на попытки России спровоцировать эскалацию в Донбассе». Вы знаете, что сегодня они в очередной раз обещали представить факты российской агрессии. Я имею в виду администрацию Порошенко, администрацию Киева. Но пока я не видел новостей. Они всё обещают, но не могут представить. Глава украинского государства призвал американскую сторону в тесном сотрудничестве с европейскими партнёрами предоставить консолидированный и решительный ответ на попытки России в очередной раз спровоцировать обострение ситуации на Донбассе.

М. ЮРЬЕВ: Ничего нового не сообщили. Эти реальные новости решительно ничего нового для понимания ситуации не несут.

С. КОРОЛЁВ: А кто должен сделать первый шаг? И какой должен быть этот шаг?

М. ЮРЬЕВ: Есть же совершенно разные форматы вопросов. Вы спрашиваете, как я считал бы надо сделать? Или Вы просите сделать прогноз, как Владимир Владимирович будет делать?

С. КОРОЛЁВ: Зачем Вы будете додумывать за Владимира Владимировича.

М. ЮРЬЕВ: А что, это тоже жанр.

С. КОРОЛЁВ: Давайте попробуем.

М. ЮРЬЕВ: Владимир Владимирович, скорее всего, не будет делать ничего.

С. КОРОЛЁВ: Почему?

М. ЮРЬЕВ: Так я экстраполирую его политику. Так он всегда реагирует на такого рода ситуации.

С. КОРОЛЁВ: А как бы сделал Михаил Юрьев?

М. ЮРЬЕВ: Михаил Юрьев сделал бы совершенно по-другому. Михаил Юрьев готовил бы десант в тыл украинской группировки для окружения, создания котла с последующим полным уничтожением по принципу «пленных не брать».

С. КОРОЛЁВ: Кстати говоря, санкции Вас ещё не коснулись?

М. ЮРЬЕВ: Меня лично?

С. КОРОЛЁВ: Да.

М. ЮРЬЕВ: Людей моего достатка никакие санкции ни при каких условиях коснуться не могут.

С. КОРОЛЁВ: Вы абсолютно исключаете для себя такую опасность?

М. ЮРЬЕВ: Коснутся — так коснутся. Я ем мало, я на диете, пить — не пью, так что меня это мало трогает. Если Вы говорите про бизнес, то у меня нет бизнеса в России, я давно всё продал. Я техасский газовик, если говорить не с точки зрения души. С точки зрения души — я российский гражданин, русский, а по бизнесу — я техасский газовик.

С. КОРОЛЁВ: Во вражеской Америке работаете?

М. ЮРЬЕВ: А что делать? В своей стране я никому не нужен.

С. КОРОЛЁВ: «Я рад, что у вас подорожает нефть. А что если нет?»

«Чепуха. Нефть ниже 40 долларов всем импортёрам невыгодна. Всё будет хорошо, всё будет ОК», — говорит 46-й. Он прав?

М. ЮРЬЕВ: А почему, кстати, у Вас все по номерам? Как у Оруэлла.

С. КОРОЛЁВ: Нет, к Оруэллу это не имеет никакого отношения. Просто большинство людей не подписывают свои смс, поэтому я называю последние цифры номера телефона.

М. ЮРЬЕВ: Понятно, просто звучит очень футуристически.

С. КОРОЛЁВ: Да.

М. ЮРЬЕВ: В общем, да, я согласен с этим. Я не знаю, из каких соображений слушатель так считает, но я тоже как инсайдер этой индустрии говорю, что вероятность падения нефти Brent ниже сорока, и даже удержание её на уровне 40 крайне небольшая.

С. КОРОЛЁВ: Ваш прогноз к концу года: нефть, рубль, доллар.

М. ЮРЬЕВ: Рубль — это 3200 разделить на цену барреля.

С. КОРОЛЁВ: Почему 3200?

М. ЮРЬЕВ: Эмпирическая формула.

С. КОРОЛЁВ: А я сейчас пробовал считать, получилось 3000.

М. ЮРЬЕВ: Не готов дискутировать на эту тему.

С. КОРОЛЁВ: А зимой было 3500. Что-то меняется?

М. ЮРЬЕВ: Чуть-чуть — конечно. Это же не абсолют, не формула теоретической физики, а эмпирическая. Она скорее показывает, что рубль к нефти привязан совсем однозначно. Конечно, только в том случае, если правительство не проводит политику активной интервенции в ту или иную сторону. Но вроде бы сейчас она не проводит. Что касается того, какой мой прогноз, то я дам два прогноза. Если ОПЕК не будет переходить к нерыночным методам, то я думаю, что 55 к концу года. Если будет действовать нерыночными методами, то есть будет принято решение о сокращении добычи, то 85 долларов.

С. КОРОЛЁВ: 85? Ничего себе.

М. ЮРЬЕВ: При сокращении добычи может быть хоть 200, зависит от того, насколько сократишь.

С. КОРОЛЁВ: Итак, новость. Standard & Poors подтвердило рейтинг Украины в иностранной валюте на уровне CC, и «дефолт неизбежен», пояснили Вы, Михаил.

М. ЮРЬЕВ: Пояснил. Это официальная расшифровка этого мусорного значения рейтинга. Это ровно то и значит, у рейтинговых агентств нет никаких сомнений в том, что Украина не сможет выплатить свой долг, даже реструктурированный.

С. КОРОЛЁВ: Она продолжит дальше набирать долги?

М. ЮРЬЕВ: С таким рейтингом долги обычно не дают.

С. КОРОЛЁВ: Тогда что, finite la comedia? Или что происходит в такой ситуации на практике? Они придают эти мифические рейтинги.

М. ЮРЬЕВ: Сейчас объясню, что такое рейтинг и откуда вообще взялись кредитные рейтинги. Когда-то они не имели никакого отношения к странам. Сначала банки присваивали их разным заёмщикам, насколько это хороший заёмщик в баллах. Кому сколько денег можно дать взаймы. Речь идёт о частном заёмщике, если это кредит не ломбардный. Если это кредит ломбардный под залог чего-то ликвидного, например, золотых слитков, тогда тебе неважно, что это за заёмщик. Ты эти слитки тут же продашь, если он не вернёт. А если кредит не ломбардный, тебе надо понимать оценку заёмщика. Соответственно и дефолтный кредитный рейтинг означает просто то, что никто из экономических субъектов не даст тебе в долг. Политические, конечно, тебе могут дать, это совсем другое. Это помощь другого государства. Это совершенно не имеет никакого отношения к возвратности. Вот что это означает: Украине больше никто не будет давать в долг. А ей никто и не даёт давно, поэтому для неё реально ничего не изменится. Вы скажете, что ей дают, пусть и немного — ЕС, и так далее. Но это оформляется как долг. Ни один человек в ЕС не думает, что эти деньги когда-то будут отданы. Это даётся как помощь.

С. КОРОЛЁВ: Киев вчера договорился по поводу реструктуризации долгов с международными кредиторами.

М. ЮРЬЕВ: Да, с Темплтоном.

С. КОРОЛЁВ: Да, очень обрадовались. А Россия, такая строптивая, не хочет. Улюкаев говорит: нет, пусть платят по долгам. И вот сегодняшнее заявление Яценюка: «Россия не была членом комитета кредиторов, и Россия вчера выступила с тем, что они хотят получить всю сумму средств. Могу им передать публичный совет. Те, кто брали деньги, получили политическое убежище в Российской Федерации. Пусть у них требуют деньги. Либо пускай вернут сюда этих людей, и мы с большим удовольствием проведём процессуальные действия по каждому из тех, кто получал деньги и разворовывал средства украинского государства». Переведите.

М. ЮРЬЕВ: Переводить яценюков мне не интересно. Я могу прокомментировать. Первое, этот комментарий Яценюк пусть себе засунет в задницу. Второе, если Украина говорит, что то, что те брали, брала не Украина, замечательно. Это значит, что нынешнее правительство заявляет об отсутствии своей преемственности по сравнению с предыдущими властями Украины. Я считаю, что мы вполне с этим должны согласиться. Это означает, что наши обязательства уважать территориальную целостность Украины более не действуют, потому что они подписаны не с правительством Яценюка и не с правительством Порошенко.

Что касается третьего, я очень кратко расскажу один исторический случай. В 1926 или 1927 году, не помню точно, Германия выплачивала по Версальскому миру репарации. То есть немцы работали, и почти всё, что нарабатывали, отдавали в уплату репараций странам-победителям — Англии, Франции, Америке. И в 1926-1927 году годовой план по репарациям был недовыполнен, просто не хватило. И тогда англо-французский экспедиционный корпус вторгся в Рурх — это индустриальный центр тогдашней Германии, по-нашему говоря, Урал. И поступил как средневековые кондотьеры. Отбирали всё, что лежало, до уровня положенных репараций. Причём официально заявлялось, что это не война. Мы просто пришли забрать свои деньги, а когда забрали, ушли. Сколько точно — никто не знает. То есть в соответствии даже с опытом новейшей истории современной европейской цивилизации, отказ выплачивать суверенный долг — это легитимное основание для начала не войны, а ввода войск для забирания своих денег.

Я считаю, что нам нужно ввести свои войска, оккупировать Украину для того, чтобы забрать долги нам, которые они отказываются вернуть, в том числе и газпромовские. И, конечно же, как только мы их заберём, мы выведем все войска обратно. Правда если там за это время что-то произойдёт, мы-то тут при чём?

С. КОРОЛЁВ: Михаил Юрьев опирается на историю, аргументируя свою позицию. Согласны с ним или нет? Звонок от слушателя.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, меня зовут Михаил. Мне очень приятно слышать Вашего собеседника, Вашего эксперта, умный человек и замечательная передача. Всё очень сложно, но мы прорвёмся.

М. ЮРЬЕВ: Ещё один звонок.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Когда в 1999 году при барреле 9 долларов курс был 24, то о каких 3000 или 3200 могла идти речь? И почему когда баррель стал 110, то есть увеличился в 12 раз, доллар не стал 2 рубля. Есть такая тема — нарушенные пропорции экономического роста. И баррель привязывать нельз…

Источник: http://rusnovosti.ru