Куда приведут конституционные реформы в Армении?

4 сентября исполнилось два года с момента подписания указа президента Армении о создании в стране Специальной комиссии по конституционным реформам (СККР). Произошло это на следующий день после заявления Сержа Саргсяна о курсе на интеграцию в Таможенный союз. Договор о Евразийском экономическом союзе тогда ещё только готовился. Целью конституционной реформы была объявлена «…необходимость реализации принципа верховенства закона, совершенствования гарантирующих основные права и свободы человека конституционных механизмов, обеспечения баланса властей, необходимости повышения эффективности общественного управления…».

В марте 2015 года президент официально одобрил концепцию преобразований, которая предполагает переход Армении к парламентской системе правления. После этого концепция была представлена Ричарду Майлзу, новому послу США в Ереване. В разработке проекта деятельное участие приняли специалисты, тесно контактирующие с Германским обществом международного сотрудничества (GIZ, ранее GTZ) – неправительственной организацией по типу американского USAID. Большинство заказов GTZ получает от Министерства экономического сотрудничества и развития ФРГ, специализируясьв том числе на реформах органов безопасности, «представляющих опасность для граждан». Сейчас с помощью немцев для Армении составляется программа, направленная на «создание демократически контролируемых органов безопасности соответствующих размеров с привлечением соответствующих ресурсов на профессиональном уровне» (1). О том, для чего это делается,рассказалв недавнем интервью бывший советник президента Армении по национальной безопасности Ашот Манучарян: «…так называемые конторы по реализации программ, действующие при всех министерствах и, какправило, финансирующиеся за счет кредитных средств, проектировали программы, направленные на уничтожение нашей промышленности, науки и т.д. Параллельно с этим данными конторами опять-таки, как правило, нарабатывались соответствующие законы, ведущие Армению в соответствующем направлении под диктовку западных партнеров… мы финансировали проекты, управляемые извне и направленные на наше полное порабощение».

Чем всё это может обернуться? Прежде всего, будут затронуты традиционные устои армянского общества. Так, не осталось незамеченным заявление Кристофа Грабенвартера, одного из членов Венецианской комиссии (структура Совета Европы, много работающая над «усовершенствованием» конституционно-правовых систем восточноевропейских и постсоветских стран), о необходимости для Армении разрешить благодаря новой конституции однополые браки. Видимо, армянам надо готовиться к тому, что с принятием нового Основного закона давление по этому вопросу со стороны адептов «европейских ценностей» возрастёт.

20 августа СККР утвердила проект конституционных изменений с приложенными к нему обоснованиями и представила документ президенту,опубликовавего на официальном сайте Министерства юстиции. 21 августа Серж Саргсян направил проект в Национальное Собрание Армении. Обсуждение проекта в парламенте намечено на середину сентября. После возможного внесения поправок в октябре планируется утверждение президентом и парламентом окончательного варианта проекта Конституции, который будет вынесен на референдум – предположительно в конце осени. На публике при оценке этих преобразований демонстрируется оптимизм, но в «коридорах власти» и среди отдельных политиков отношение к предстоящим изменениям далеко от однозначно позитивного. Так, заявила о себе гражданская инициатива «Не проведёте», способная объединить сторонников самых разных политических взглядов. Отсутствует чёткое заявление в поддержку реформ не только со стороны небольших парламентских фракций, но и со стороны правящей Республиканской партии.

Обращают на себя внимание высказывания в связи с этим Гарника Исагуляна, советника второго президента Армении (Р.Кочаряна) по национальной безопасности. Он полагает, что предложенный вариант конституционных изменений несёт опасность увеличения нестабильности в стране. По словам Исагуляна, предлагаемые изменения не предполагают наличия органа управления, имеющего первичный мандат на решение проблем, волнующих народ в реальности, а не в политтехнологических конструкциях. Особенно интересноутверждениеполитика о том, что глава государства «…является сторонником сильной президентской модели». Если так, что означает продвижение плана конституционных изменений, ограничивающих полномочия президента? 

Ещё одна деталь: западными и некоторыми армянскими политтехнологами модель, предполагающая ослабленный центр президентской власти для страны–члена Евразийского экономического союза, рассматривается как оптимальная. По сути, предупреждает А. Манучарян, Запад стремится трансформировать Армению в «страну с системой управления гораздо более легко поддающейся внешнему манипулированию со стороны геополитических соперников России». 

Возможные перемены в конституционном устройстве Армении, влекущие сужение круга полномочий главы государства, могут оказать влияние и на российско-армянские отношения, лишить чёткой субъектности взаимодействие Москвы и Еревана на высшем уровне, сделать переговорный процесс более вязким, а механизмы реализации договорённостей – размытыми. Последствия радикальных изменений в политической системе непредсказуемы. Иногда можно слышать даже высказывания о том, что на кон поставлена судьба постсоветской армянской государственности как таковой. 

К актуальным вопросам взаимодействия двух стран относится и обеспечение совместными силами региональной безопасности. Турция — неспокойный сосед, и следствием этого уже стал ряд инцидентов в приграничных с Арменией районах с курдским населением, протестующим против дискриминационной политики турецких властей. 

Не снижается напряжённость на границах Армении и Нагорного Карабаха с Азербайджаном. Под постоянным обстрелом, в том числе из крупнокалиберного оружия, находятся сёла Тавушской и других областей Армении, что обессмысливает усилия переговорщиков из Минской группы ОБСЕ, куда входит и Россия.По словампресс-секретаря МИД Армении Тиграна Балаяна, «провокационными действиями Баку пытается отвлечь внимание от нарастающей критики международного сообщества по поводу ужасной ситуации, связанной с грубейшими нарушениями прав человека в Азербайджане». Высказанное в ходе визита Сергея Лаврова в Баку предложение азербайджанской стороне принять участие в выставке Russia Arms Expo-2015породилоочередную тревожную волну в армянских СМИ. Предметомкритических оценокрегулярно становится и членство Армении в ЕАЭС. 

Таким образом, повестка дня в переговорах руководителей двух государств – членов Евразийского экономического союза — остаётся насыщенной. На 7 сентября запланирована встреча президента России Владимира Путина с прибывающим в Москву с рабочим визитом его армянским коллегой Сержем Саргсяном. «В повестке дня – вопросы дальнейшего углубления двустороннего сотрудничества в политической, экономической, культурно-гуманитарной сферах и интеграционного взаимодействия на евразийском пространстве», – говорится в сообщении пресс-службы Кремля. 

Что же касается задуманного введения парламентской формы правления в Армении, то оно сделает политическую модель страны однотипной с моделью управления Грузией, где президент и премьер-министр спорят о том, кто будет выступать в ООН, или Молдавией с её нескончаемой парламентско-правительственной чехардой. В целом такая форма правления противоречит политической практике постсоветских государств. Она по определению питает силы внутриполитической дестабилизации. А стремление показаться большими демократами, чем европейцы, не избавит Армению от родимых пятен олигархического строя, скорее наоборот – приведёт к его дальнейшему укреплению.

Источник: